Приоритет существования над сознанием

После того как ребенок неоднократно столкнется с причинными событиями и закономерно придет к представлению (хотя бы неоформленному) о существовании как организованной предсказуемой реальности, он будет способен на первую догадку о своей способности к познанию. Это произойдет при обнаружении им причинных связей в мире собственных ощущений. Например, это может произойти при наблюдении, что зримый мир исчезает, если зажмурить глаза, и появляется вновь при открывании. Такого рода опыты являются введением в познание собственных средств восприятия, а отсюда - в различение внутреннего и внешнего мира или противостояние субъекта и объекта познания. Таково будет его неоформленное постижение третьего из фундаментальных аксиоматических понятий -«сознания».


Для стороннего взгляда сознание выглядит, как нечто крайне специфическое, - как способность мысленно проникать в объект, а не изменять или создавать его, К примеру, ребенок может чувствовать отвращение к какому-то блюду на завтрак и даже отказываться смотреть на него. Но стереть мысленное представление об этом он не в силах. Если не прибегать к реальным действиям, нелюбимое блюдо оказывается неотступным представлением, возвышаясь над процессами сознания самими по себе. Оно независимо ни от чьего восприятия или игнорирования, памяти или фантазии, желания или гнева, - так же, как тяжелый стол не сможет катиться, несмотря ни на какую истерику, или подушка - загреметь погремушкой, или кубик - плавать в воздухе.

Незримо стоящим за этими наблюдениями будет факт, что сознание, как и всякое другое качество объекта (в данном случае живого), проявляется неким определенным способом, и только так. В зрелых философских терминах, фундаментальных в данном случае для метафизики Объективизма, мы определяем этот факт как принцип «первичности существования».

Существование, утверждает этот принцип, первично. Вещи являются тем, что они есть, независимо от сознания и чьего бы ни было ощущения, образов, идей, чувств. Сознание, по контрасту, зависимо. Его задачей является не творение или контроль существующего, но наблюдение: смотреть, осмысливать, постигать, что это такое.

Противоположность такого подхода называется «первичностью сознания». Этот принцип декларирует первичность метафизического сознания. При этом подходе функцией сознания оказывается не восприятие, а творение того, что существует. Внешнее существование, соответственно, оказывается зависимым, а мир в определенном смысле - производным от сознания.

Наглядной иллюстрацией подхода первичности-существования будет человек, спасающийся от извержения вулкана. Этот человек признает факт вулкана и его качеств, а также независимости их от его чувств и состояний сознания. В этом случае человек обладает пониманием различия между умственным и данными внешнего мира, между воспринимающим и воспринимаемым, субъектом и объектом. Неоформленно, а может быть и отчетливо, он сознает, что пожелания не лошади, способные унести его подальше от вулкана, и игнорирование объекта не заставит его исчезнуть. Сопоставим это с дикарем, замершим с потупленным в землю взором и мысленно повторяющим молитвенные причитания или магические заговоры в надежде одним пожеланием уничтожить реку приближающейся огненной лавы. Такой индивид не достиг способности отчетливо различать сознание и существование. Как многие наши современники, его духовные братья, (и подобно страусу) он соотносит себя с угрозой не через ее выяснение и последующие поступки, но посредством самоослепления. Обосновывающая такое поведение посылка - «если я не хочу этого и не буду смотреть на нею - оно исчезнет, иными словами - мое сознание контролирует существование».

Первичность существования не является независимым принципом. Это умственная разработка, дальнейшее следствие из фундаментальных аксиом. Существование предшествует сознанию, потому что сознание является сознанием конкретного объекта. Не может сознание и сотворить или отменить управляющие объектами законы, потому что каждый объект отличен и проявляется соответственно. Сознание поэтому есть только свойство внутренней мозговой активности, которая призвана сопоставлять, выяснять, открывать нечто существующее, но не нарушать природу объектов и прямо контролировать их.

Именно последние способности - контроль и вмешательство во внешний мир, - приписывают сознанию подход первичности сознания. Он утверждает, что происходит или совершается то, что сознание приказывает; «А» не обязательно является «А», если сознание не желает этого. Такой подход отрицает все базовые аксиомы, предполагает возможность иметь представление о целости независимого существования и одновременно «поедать» его. Иметь, поскольку сознание невозможно без независимого существования объектов и систем. Поедать его, потому что такая теория желает утвердить зависимость существования от частного умственною процесса, то есть стряхивает представление об автономности предметов во имя подчинения чьим-то желаниям, иными словами, она желает, чтобы существо ванне фактически было ничем в своей конкретности. Однако существование является индивидуальной данностью.

Сказанное выше не является доказательством первичности существования, а лишь разъяснением самоочевидности, присутствующей в детском постижении феномена сознания. Способность к доказательству теорем приходит позднее. Для этого сначала следует установить идеи, делающие возможным процесс доказательства, одной из этих идей является первичность существования. Доказательство предполагает принцип, что факты реальности устойчивы, а не подобны пластилину. Если бы они были, отпала бы сама необходимость доказывать что-либо, поскольку устойчивые данные составляют основу любого доказательства.

В силу того, что знание является знанием реальности, каждый метафизический принцип имеет эпистемологическое значение. Это особенно очевидно в случае первичности существования принципа Объективизма, потому что он определяет фундаментальную связь между нашей познавательной способностью и существованием. Для дальнейшего прояснения принципа я укажу здесь тип эпистемологии, к которой он ведет.

Знание о существующем может быть добыто только наблюдением, поскольку существование независимо от сознания. Другими словами, только данные о мире, почерпнутые из наблюдений, относятся к познанию мира, - данные чувств и их понятийная переработка. Разумеется, самоанализ есть необходимое и верное средство при постижении содержания или процессов сознания - но это не путь для осмысления окружающего. В сфере частных переживаний познающего нет ничего ценного при стремлении к истине о мире; в умственном же содержании, предположительно опирающемся на источники или доказательства, оторванные от чувственных ощущений, не может быть никакой надежности. Каждый шаг и метод познания обязан происходить в соответствии с данными фактов - и каждый факт должен быть обоснован, явно или неявно, наблюдением. Следование этой политике и есть, согласно философии объективизма, следование разуму.

При принятии постулата о первичности сознания, по контрасту, человек окажется вовлечен в противоположную теорию познания. Если сознание контролирует существование, нет никакой необходимости привязывать себя к изучению фактов существующего. Наоборот, самоанализ оказывается средством осознания окружающего; исследователь должен обходить данные о мире, и вместо этого вглядываться в себя, расследуя в собственном уме оторванные от ощущений элементы с опорой на «интуицию», «откровения», «врожденные идеи». Познающий при опоре на эти элементы не про сто высокомерно игнорирует реальность; как мини мум, он двигается поверх реальности к ее властелину, человеческому или божественному; он ищет знание о фактах в источнике всех фактов, в сознании, которое творит их. Именно такой тип метафизики неявно при сутствует во всех иррациональных системах.

Первичность существования (включая эпистемологические значения этого принципа) является одним из наиболее характерных догматов Объективизма. Западная философия, за редким исключением, вобрала в себя противоположное; попытки конструировать существование как подчиненную сознанию реальность доминируют. Три разновидности первичности-сознания преобладают. Они различаются в зависимости от ответа на вопрос: от чьего сознания зависит существование?

Сверхъестественная версия доминировала в философии от Платона до Юма. По этому варианту существование является продуктом космического сознания. Бога. Идея божественности лежит в основе теории Платона о «формах» и продолжается после него с развитием христианства. Бог, по христианству и иудаизму, есть космическое сознание, создающее существующее, поддерживающее его и придающее ему упорядоченность, а в последующем периодически вмешивающееся для поддержания порядка с помощью «чудес». Эпистемологически этот вариант приводит к мистицизму: знание основывается на контакте человека с Высшим разумом в форме либо откровений, ниспосылаемых избранным, либо через врожденные идеи у всего живого.

Несмотря на отход от чисто религиозного взгляда на мир большинства философов, в общественном сознании он остается глубоко укорененным. Свидетельством является стандартный вопрос о том, «кто создал вселенную», предполагающий не вечную самодостаточность ее, но существование внешнего творящего источника в веде личности или космической воли. Бесполезно указывать на очевидное, что с логической гочки зрения вопрос этот основан на бесконечной деградации мира (если для объяснения существующего необходим создатель, то новый создатель необходим дли объяснекия первого, и так далее). Типичным ответом веруюшего будет «мы не можем постичь существование Бога. Он предопределенно необходим. В конце концов, некое исходное начало необходимо». Такие ответы не оспаривают необходимости несотворимого исходного начала, но им признается некая форма сознания; зтот подход не удовлетворяется объективным существованием, как исходным началом. Вдохновляемые первичностъю сознания, люди с таким мышлением отказывются начинать с мира как уже известного существования: они настаивают на перескоке за пределы мира в нечто неизвестное, хотя такая процедура ничего не объясняет. Корень этого мышления не в рациональном рассмотрении, но в существующем влиянии христианства. Во многих отношениях Запад еще недалеко ушел от Средневековья.

Иммануил Кант к концу восемнадцатого столетия сделал религиозное мировоззрение общемирским. В его системе человеческий разум, конкретно - общечеловеческие познавательные структуры, их врожденные формы восприятия и творчества суть то, что создает существующее (которое он трактовал как феноменальныи мир). Таким образом, воля Бога открывает путь для человеческого сознания, оказывающегося метафизической силой в основе и упорядочении существующего. Характерным для этой версии первичности сознания является ее социальность, отчетливо выраженная в гегелевском развитии Канта и доминирующая  последующие два столетия.

По социальному варианту первичности сознании не индивид способен к созданию вселенной и фокусу обхода закона самотождественности, но группа-человечество ли в целом, отдельное общество, нация, государство. раса. пол. экономический класс. Упрощенно - и то время как один француз не способен изменить реальность по своему желанию, пятьдесят миллионов французов неостановимы. В терминах эпистемологии эта версия ведет к коллективному наблюдению, разряду группового самоанализа как источнику правды; знание основывается на согласии между мыслителями, исходящему не от индивидуального восприятия реальности каждым, но от разделяемых всеми субъективных умственных построений и содержания.

Социальный вариант сегодня находится в зените популярности. Мы слышим со всех сторон не об объективных фактах, но о гуманистической правде, - правде «человека», а в силу того, что в столь общей форме достичь ее никак не удается из-за различия и конфликта культур, - о правде нации, расы, пола, о правде гомосексуалистов. Коллектив при таком подходе перехватывает всемогущество у Бога. Переходя на пример из политики, - когда правительство вводит в действие определенную политику (вроде безостановочных безответственных трат), по определению приводящей к катастрофическим результатам (вроде банкротства нации), защитники ее разделываются с проблемой через манипуляцию со статистикой с последующими призывами к оптимизму и вере. «Если население дружно поддержит политику, - слышим мы, - если оно хочет успеха, прорыв к улучшению произойдет». Подспудная посылка этого - «коллектив способен преодолеть факты; коллективное сознание способно изменить реальность».

Третья версия первичности сознания, наконец, исторически присуща скептикам и достаточно популярна сегодня, - персоналистский вариант, по которому индивидуальное сознание контролирует - «его» - существование. Отцом этой теории является античный Протагор. «Человек, - учил он, подразумевая - «человек» как «индивид», - есть мера всех вещей; вещей существующих, как они существуют, и вещей несуществующих, как они не существуют». По такой версии каждое отдельное сознание творит и населяет его собственную частную вселенную. Эпистемологически поэтому не существует никаких стандартов или объективных данных никакого рода, к которым личность должна приспосабливаться. Существует только одна правда - «для меня», в противоположность правды «для тебя», вследствие чего правда любого утверждается им самим для себя, какова бы она ни была.

С точки зрения общих основ не играет роли, принимается существование подчиненным сознанию Бога, человечества или одиночки. Эти метафизики объединяются общим сущностным дефектом. Объективизм отбрасывает их все по единой причине: существующее существует.

Существование метафизически первично, если оно существует само по себе. Оно не производно и не ♦является», не «утверждается» некоей конечной реальностью вроде Бога или общества, или индивид>гального решения. В качестве существующего оно и его законы вечны и несотворимы сами по себе и в своих частях.

Лишь однажды появились философы на Западе, утверждавшие о первичности существования, такие гиганты, как античные Парменид и Аристотель. Даже они. впрочем, не были последовательны в этом отношении. (Аристотель, например, описывает Перводвигатель как сознание, сознающее только себя, что и приводит к движению в мире.) Еще не было мыслителя, отчетливо утверждавшего этот принцип и затем бескомпромиссно и последовательно применившего его ко всем разделам философии.

 

Курсы психологии и психоанализа. Групповые и частные консультации. Психолог в Минске - 2016 год