Необходимость и случайность

Теория аналитико-синтетической дихотомии имеет в своем основании две ошибки: эпистемологическую и метафизическую. Эпистемологическая ошибка является некорректным взглядом на природу понятий. Метафизическая ошибка - дихотомия между необходимостью и случайными фактами.
Эта теория уводит нас к греческой философии; и в некоторой форме была одобрена практически всеми философскими традициями вплоть до Канта. Она полагает, что некоторые факты присущи природе реальности; они должны существовать; они «необходимы». Другие факты случайно происходят в мире, но они не должны существовать; они - «случайность». Например, вода мокрая — это «необходимый» факт; то, что вода превращается в лед при определенной температуре, может быть «случайностью».

Данная дихотомия поднимает вопрос о том, как в конкретном случае узнать, необходим ли определенный факт? Наблюдение, как было сказано, является недостаточным для такой цели. «Опыт, - писал Кант в «Критике чистого разума», - на самом деле, говорит нам, что это существует, но не что это должно быть так, а не иначе». Чтобы установить, что что-то является фактом, вы должны использовать наблюдение и соответствующие индуктивные процедуры; но установить, что что-то - не то, не значит показать, что факт, о котором идет речь, необходим. Некоторые основания и гарантии сверх его существования необходимы, если факт должен быть необходимым; и требуется некая проницательность сверх того, что дано посредством наблюдения и индукции, чтобы осознать эти гарантии.

В докантовскую эпоху было принято апеллировать к некоей форме «интеллектуальной интуиции» для такой цели. В каких-то случаях можно было просто «видеть», что определенный факт был необходимостью. Как это можно было видеть, остается загадкой. Казалось, что человеческие существа имеют странную, необъяснимую способность осознавать при помощи неопределенных средств, что определенные факты не только существовали, но должны были быть. В других, где такая интуиция не работала, факты признавались случайными.

В посткантовскую эпоху философы потеряли вкус к «интеллектуальной интуиции», но дихотомия необходимость - случайность осталась. Увековеченная в разных формах в девятнадцатом веке, она была переиначена в двадцатом. Из нее следовало: так как мы можем изучать факты только опытно и опыт не раскрывает необходимость, понятие «необходимые факты» должно быть выброшено. Как стало утверждаться, факты - по отдельности и все вместе - случайны, и суждения, описывающие их, - «случайные истины». Как необходимые истины, они просто продукты человеческого лингвистического или концептуального соглашения. Они не обращены к фактам, они пусты, они «тавтологичны». Этим же способом дихотомия необходимость - случайность используется, чтобы поддержать мнимое различие между аналитическими и синтетическими суждениями. Для современных философов стало обычным отмечать, что фактические положения являются «синтетическими» и «случайными», в то время как «необходимые» - «не фактические» и «аналитические».
(Современные философы предпочитают говорить о суждениях или положениях больше, чем о фактах: они изредка говорят, что факты случайны, приписывая случайности утверждение о фактах. Ничто не может оправдать подобное суждение, и я не собираюсь вступать с ними в дискуссию.)
Заметим, что оба направления: и докантовское, и современные конвенционалисты - соглашаются в существенном: оба признают дихотомию необходимость - случайность, оба полагают, что необходимые истины не могут быть проверены на опыте. Различие лишь в том, что традиционалисты считают необходимость метафизическим феноменом, осознавая его в акте интуиции; для конвенционалистов дихотомия - продукт субъективного человеческого выбора. Отношение между двумя точками зрения подобно отношению между платониками и номиналистами в вопросе о сущностях. В обоих случаях современники адаптируют основы традиционалистской позиции; их «вклад» - простое пересказывание этой позиции в открыто субъективистской манере.

В настоящем вопросе основная ошибка обоих направлений - взгляд, что факты - все или некоторые - случайны. Как только дело касается метафизической реальности (опуская на минуту из рассмотрения человеческие действия), не существует «фактов, которые бы случались, но могли и не случаться», но только «факты, которые должны быть». Только одно; существующие факты.
Рассмотрение факта как случайности - что все в действительности является лишь одной из альтернативных возможностей, что все может быть метафизически иначе - представляет собой непонимание закона идентичности. Поскольку вещи таковы, каковы они в действительности, поскольку все, что существует, обладает особой идентичностью, ничто в реальности не может происходить беспричинно или по случаю. Природа объекта определяет, что он может делать и что в данных обстоятельствах он будет делать. Закон причинности влечет за собой закон идентичности. Объекты следуют определенным действующим законам, исходя из их идентичности, и не имеют альтернативы.
Метафизически все факты являются «необходимостью». В этом смысле быть есть «необходимость» быть. Понятие «необходимость» в метафизическом контексте излишне.
Проблема эпистемологии заключается в том, как открыть факты, как открыть, что что-то есть. Следовательно, задача состоит в формулировании надлежащих методов индукции, методов получения и проверки научного знания. Это не является проблемой осознания, что факт необходим, поскольку он уже осознан как факт.
В течение многих столетий теория «случайных фактов» ассоциировалась с сверхнатуралистической метафизикой; такие факты были плодом божественного создателя, который мог создавать их различными и который мог изменять их по своей воле. Этот взгляд отражает метафизику чудес - представление, что действия объектов не связаны с природой, что все возможно для объектов без идентичности. Он также полагает, что объекты действуют сами по себе, не потому что это в их природе, но по всемогущей Божьей воле.

Современные защитники теории «случайных фактов» придерживаются, по существу, той же самой метафизики. Они также полагают, что все возможно для объекта, действия которого существуют только в одном из всех «возможных миров». Они сохраняют религиозный взгляд, просто не упоминая Бога. И даже больше, их взгляды представляют секуляризованный мистицизм.
Фундаментальная ошибка всех подобных учений - невозможность осознания, что существование есть самодостаточная первичность. Это не продукт сверхнатуралистического измерения или чего-то еще. Ничто не предшествует существованию, ничто не отделимо от него - и этому нет альтернативы. Существование существует - и только существование существует. И существование, и его природа не сводимы и безальтернативны.
Кульминационная точка «чудесного» взгляда на существование представлена теми экзистенциалистами, кто вслед за Хайдеггером требует: «Существует ли вообще бытие, не ничто?» - то есть, почему существование существует? Это проекция «ничто» в качестве альтернативы «существованию», с требованием объяснить, почему «существующее», а не «ничто» существует.

Неэкзистенциальные философы обычно с презрением относятся к хайдеггеровскому вопросу, считая его плодом обычного экзистенциального безумия. Они, видимо, не понимают, что, полагая факты случайными, они впадают в ту же ошибку. Когда они полагают, что факты могут быть другими, они утверждают, что существование могло быть другим. Они презирают экзистенциалистов за их альтернативу существованию существования, но впадают в то же время в другую крайность: альтернативу идентичности существования.
В то время как экзистенциалисты во всеуслышание обсуждают, почему существует что-то и ничто, неэкзистенциалисты отвечают им (косвенно): «Это нелепый вопрос. Конечно, существует что-то. Но реальный вопрос: «Почему есть что-то, а не что-то еще?»
Наибольший источник замешательства - вопрос о том, является ли ошибкой попытка различать метафизические факты от искусственных, - то есть фактов, неотъемлемых от существующих идентичностей, - от фактов, зависящих от действий человеческой воли. Потому что человек обладает свободной волей, но человеческий выбор - не феномен, который является продуктом человеческого выбора, - есть метафизическая необходимость. В отношении к любым рукотворным фактам правильно утверждать, что человек сделал такой выбор, но это не было заложено в природе его существования. Например, США не должны состоять из пятидесяти штатов; люди могли подразделить территорию на более мелкие регионы или укрупнить их и т.д.

Выбор, однако, не является случайным. Воля не является исключением из закона причинности; это тип причинности. Кроме того, метафизические факты не изменяются человеком, и предел альтернативы открыт для его выбора. Человек может переиначивать существующий в реальности материал, но он не может идентифицировать его по своей воле; он не может избежать закона причинности. «Природа, чтобы диктовать, должна повиноваться».
Только в отношении рукотворных продуктов возможно утверждать, «что это случается, но могло быть и иначе». Даже в этом случае термин «случайность» вводит в заблуждение. Исторически этот термин использовался, чтобы определять метафизическую категорию гораздо шире, чем область человеческого действия; это всегда ассоциировалось с метафизикой, которая - в той или иной форме - отрицала факты идентичности и причинности. Терминология «необходимость - случайность» вносила только путаницу и должна быть отброшена. В нашем контексте подобное требование есть различение между «метафизическим» и «рукотворным».

Существование человеческой воли не может использоваться, чтобы оправдать теорию о том, что существует дихотомия суждений или истин. Суждения о метафизических и рукотворных фактах не имеют различных характеристик в качестве суждений. Эти различия просто в их предметном материале, но тогда они просто суждения об астрономии или иммунологии. Истины о метафизических и рукотворных фактах изучаются и проверяются теми же процессами: наблюдением и самими истинами, причем оба в равной степени необходимы. Некоторые факты не являются необходимыми, но все они истинны.

Истина - распознавание фактов реальности. Неважно, является ли факт метафизическим или рукотворным, факт определяет истину: если факт существует, не бывает альтернативы, что такое истина. Например, факт, что США имеют 50 штатов», является необходимой истиной. Правильное суждение должно описывать факты, как они есть. В этом смысле «необходимая истина» избыточна, и «случайная истина» является внутренне противоречивой.

 



 

Курсы психологии и психоанализа. Групповые и частные консультации. Психолог в Минске - 2016 год