КРИЗИС СЕРЕДИНЫ ЖИЗНИ

«С меня на цифре 37 в момент слетает хмель» — пел Владимир Высоцкий, называя великих поэтов, ушедших из жизни, во многих случаях добровольно, именно в этом возрасте. Период примерно с 35 до 40 лет — время, тяжёлое не только для поэтов. Статистика свидетельствует: в этом возрасте, иногда чуть раньше или позже, большинство людей переживают серьезный личностный кризис, который называют кризисом середины жизни. Биографии многих великих и легендарных личностей, художников, философов, писателей и пророков свидетельствуют о глубоких внутренних изменениях, произошедших с ними в эти годы. Среди них Иисус Христос, Махатма Ганди, Лее Толстой, Поль Гоген и даже былинный Илья Муромец (который, как известно, пролежал на печи 30 лет и 3 года, а потом совершил немало ратных подвигов).


Кризис середины жизни как научная тема был введён в психологию К. Г. Юнгом, тоже прошедшим через острый душевный кризис в возрасте около 40 лет (см. дополнительный очерк «Карл Густав Юнг»). Учёный считал кризисы не злом, а залогом развития: «Большие жизненные проблемы никогда не разрешаются навсегда. Если они однажды покажутся нам разрешёнными, то это будет идти нам только в ущерб. По-видимому, смысл и цель существования таких проблем заключаются не в их разрешении, а в том, чтобы мы беспрестанно над ними работали. Одно это оберегает нас от отупения и закостенения».
Вторая половина жизни человека, по мнению Юнга, имеет свой особый смысл и особые цели, она отличается от первой, как вечер от утра, как осень от весны. Поэтому и нужна глубокая внутренняя перестройка. Утро жизни бывает посвящено устройству человека во внешнем мире, обретению социального положения, семьи, продолжению рода и заботе о потомстве. Когда эти цели в основном достигнуты, дальнейшая гонка за ними бессмысленна. Цель и смысл вечера жизни — внутреннее, духовное развитие человека, обретение Самости. Не зря в традиционных культурах пожилые люди являются хранителями мудрости, таинств и законов жизни. Но: «Где мудрость наших стариков? — горестно восклицает Юнг. — Скорее старики у нас чуть ли не пытаются подражать молодым». Они не видят смысла и цели впереди и устремлены назад — в молодость. Это противоестественно, и это действительно лишает их вторую половину жизни всякого смысла. Причина — в убеждении, будто она чем-то хуже первой. Но как нельзя сказать, что лучше: утро или вечер, весна или осень, так нельзя отдать предпочтение молодости или зрелости — они очень разные и замечательны каждая по-своему.
Начало кризиса нередко связано с какой-либо значительной переменой в жизни и особенно утратой: отделение от семьи выросших детей, смерть близких или родителей, разрыв с любимым человеком, развод, потеря работы, творческий слад, тяжёлая болезнь или травма, финансовый крах.
Однако кризис может начаться и у внешне вполне благополучного человека, казалось бы безо всякой на то причины. Удовлетворённость собой и своей жизнью внезапно или постепенно сменяется беспокойством и сомнениями. Кризис обычно начинается исподволь, незаметно. Вдруг накатывает приступ неясного недовольства, раздражения, тоски. Он может быть вызван минутным впечатлением. Например, при взгляде на книжный шкаф приходит мысль: «Большую часть этих книг мне уже никогда не прочитать». Успех молодого коллеги вызывает приступ обиды: «Конечно, меня теперь не ценят, я же отработанный материал». Вид счастливой влюблённой парочки тоже причина для мрачного настроения: «Мне такого уже не испытать».

Переживания бывают и гораздо менее конкретными, вроде бы не связанными с возрастом. Человек чувствует себя как-то странно, словно удивляясь, где он и зачем. Ему вдруг становится непонятно, что он делает в этом кабинете, зачем звонит кому-то по телефону, перекладывает бумаги. Что общего у него с этой женщиной, почему он ложится с ней вместе в постель и обсуждает планы на лето? Кто этот юноша, постоянно что-то ищущий в холодильнике и на любой вопрос отвечающий: «Все нормально, пап»? Он смотрит на старую запись в своём еженедельнике, помеченную тремя восклицательными знаками, что означает «очень важно», и никак не может понять, что такого важного было в этом деле и почему оно вызывало столько переживаний и беспокойства?
Вначале такие состояния приходят изредка, чаше всего перед сном. Наутро человек, как бы стряхнув их с себя, продолжает свою обычную жизнь. Но через какое-то время они возвращаются снова и снова, уже среди бела дня, не давая сосредоточиться на работе, и постепенно осознаются в виде вопросов: «А моя ли это жизнь?», «По тому ли пути я иду?», «Для чего я существую?», «Для чего вообще всё?». Наступает довольно тягостный и мрачный период кризиса, который приводит к глубокой внутренней перестройке человека. «Всюду мрак и сон докучный... Жизни мышья беготня...» — эти строки написаны Пушкиным на 32-м году жизни.
Порой человеку, переживающему кризис, кажется, будто его жизнь рушится, а то, что у него было ценного и важного, обращается в прах. Достижения, ради которых он потратил когда-то столько сил и времени, теряют ценность в его глазах. Он чувствует себя так, словно отдал полжизни за стакан воды в пустыне, а получив этот стакан чистой холодной воды, вдруг понял: пить ему уже совсем не хочется. Все связи и привязанности тоже остались там, в другом времени. А сейчас он очень одинок и переживает одиночество тем более мучительно, что ещё вчера чувствовал себя вовлечённым в глубокие, прочные отношения с супругом, детьми, друзьями. Из этого, однако, не следует, что близкие перестали быть ему дороги, напротив, возможно лишь выйдя из кризиса, он осознает, как много значит для него жена или друг, какое душевное родство соединяет его с выросшим сыном иди дочерью. Или поймёт, что в гонке за успехом слишком многое потерял в отношениях с самыми важными для него людьми, и попробует начать всё с нуля.
Особую роль в данный период играет тема смерти. Человек впервые явственно ощущает реальность собственной смерти, которая в молодости казалась такой далёкой, что в неё верилось с трудом. Поэтому он начинает остро переживать недостаток времени, оставшегося для «настоящей» жизни, той, которую он всё время откладывал на потом. Приходит' осознание того, что «потом» — это сейчас или никогда.
По сути, кризис заставляет человека пережить символическую смерть себя прошлого, с тем чтобы мог родиться новый человек. Поэты, и вообще творческие люди с тонкой душевной организацией и особой чувствительностью к образу и символу, нередко воплощают эту смерть в реальность, сознательно (самоубийство) или неосознанно (дуэль, болезнь, наркомания, несчастный случай). Тот же, кто сумел пройти через испытание, в последующие годы вновь почувствует себя счастливым, обретёт смысл жизни, ощутит творческий подъём.


Происходящие во время кризиса процессы идут изнутри, а не извне, задействуют не рациональное мышление, а более глубокую, духовную сущность человека. Поэтому многие психологи относят кризис середины жизни не просто к возрастным, а к духовным кризисам (см. дополнительный очерк «Духовный кризис»). Его результатом может стать глубокое душевное перерождение, расширение сознания, обретение нового видения мира и самого себя.
Но кризис середины жизни не «гарантирован» человеку, он не приходит автоматически в определённом возрасте. Юнг пишет «Чем ближе середина жизни и чем больше удалось утвердиться в своей личной установке и социальном положении, тем сильнее кажется, что найдены правильная линия жизни, верные идеалы и принципы поведения. Поэтому в дальнейшем возникает представление, что они незыблемы, и появляется желание навсегда за них зацепиться». Для того чтобы услышать голос своей души, человек должен пройти определённый путь, иметь опыт самопознания, интерес к собственному внутреннему миру. Если же он давно махнул на себя рукой, живёт совершенно бездумно, заглушая внутренний голос алкоголем, работой, телесериалами, борьбой за продление молодости, он с большой вероятностью «проспит» эту возможность измениться и полноценно прожить вторую половину жизни. Из таких людей получаются мелочные, озлобленные, неумные старики; глядя на них трудно поверить, что старость — возраст умиротворённости, мудрости и просветления.
В современной западной цивилизации переживания среднего возраста считаются неизбежным злом, психологической проблемой, которую нужно решать с помощью врачей и лекарств или любыми способами отвлекаясь, с головой погружаясь в работу, путешествуя, пускаясь в гонку за острыми | ощущениями. А потому испытывающий кризис человек не находит понимания окружающих. Навязчивое сочувствие и забота близких, даже самых любящих, советы «не раскисать» и «развеяться» в этот период тоже могут только помешать. Есть дороги, которые каждый должен пройти сам, один. Опыт духовных переживаний нельзя передать другому или получить в готовом виде. Его обретают через собственные страдания и размышления.
Кризис середины жизни даёт человеку шанс измениться, приблизиться к самому себе. Поэтому к его испытаниям правильнее было бы относиться не со страхом, а с уважением и благодарностью.

«ЖДАТЬ БОЛЬШЕ НЕЧЕГО...»
Прозу Сергея Довлатова невозможно читать без смеха — с таким неподражаемым юмором описывает он анекдотичные ситуации и разнообразных персонажей. Однако сам писатель страдал от глубокой неуверенности в себе, испытывал приступы тоски и отчаяния. В письмах к давнему другу он признавался: «...приступы депрессии учащаются, именно депрессии, то есть беспричинной тоски, бессилия и отвращения к жизни... Просто я всю жизнь чего-то ждал: аттестата зрелости, потери девственности, женитьбы, ребёнка, первой книжки, минимальных денег, а сейчас всё произошло, ждать больше нечего, источников радости нет.
...Я переживаю так называемый „кризис среднего возраста"... И я никогда не думал, что самым трудным с годами для меня будет преодоление жизни как таковой — подняться утром, звонить, писать всякую чушь и обделывать постылые делишки.

Я мог бы добавить ещё несколько пунктов, но и этого достаточно, чтобы ощущать себя глубоко несчастным. Таким образом я впал в крайний пессимизм и уныние, от соприкосновения с жизнью испытываю только муку...».

 

Фото контактов психолога в Минске

 

Курсы психологии и психоанализа. Групповые и частные консультации. Психолог в Минске - 2016 год